Приветствую Вас Гость!
Четверг, 26.04.2018, 18:01
Главная | Регистрация | Вход | RSS| Страницы истории Афганистана

BARTHOLD W. [10]OTHER PERSONS [41]«АФГАНЦЫ» [66]ГАСТРОЛИ [48]
ГОС. ДЕЯТЕЛИ [41]КУЛЬТУРА И НАУКА [37]НДПА [12]ПРАВИТЕЛИ [75]
ПО ТУ СТОРОНУ [38]СОВЕТНИКИ [8]

Главная » Фотоальбом » ЛИЦА » «АФГАНЦЫ» » "Афганушки"

"Афганушки"

или у войны не женское лицо. На фото Щербинина Ольга, операционная сестра военного госпиталя, Шиндант.
В реальном размере 402x587 / 22.3Kb
91 9 5.0

Добавлено 07.03.2018 Vedenin

Всего комментариев: 9
+1  
1 Vedenin   (07.03.2018 08:55)
Кожухов Михаил

Кожухов Михаил Возвращение на войну

Генерал вытянул вперед руку, а потом, критически смерив глазами расстояние от земли до ладони, сократил его примерно на треть:

— Вот такого роста. Но бесстрашная девчонка. О ней надо рассказать обязательно!

С Олей Щербининой, операционной сестрой из шиндандского медсанбата, о которой говорил генерал, я уже был знаком. И не раз после нашей с ней встречи перечитывал записи в блокноте и садился было за машинку, понимая и сам: о ней надо рассказать обязательно. Но так и не рассказал. Может быть, потому, что не вышла у меня Олина фотография, а мне казалось совершенно необходимым, чтобы очерк был опубликован в газете вместе с ее портретом. Чтобы читатель увидел эту девушку с удивленно вскинутыми ниточками бровей над грустными серыми глазами, так похожую на школьницу. Да ее не только на войну, ее и в лес за грибами одну отпускать-то страшно. «Кнопка», в общем.

С тех пор прошло без малого три года, медсестра из Шинданда давно уехала домой, и материал о войне, какой увидела ее Оля Щербинина, написан так и не был.

…Меня разыскал кто-то из московских коллег, приехавших для освещения первого этапа вывода войск из Афганистана.

— Я только что из сто восьмидесятого полка, вам просили передать привет. Сказали так: если помните, от медсестры из Шинданда.

Рассказ будет теперь о другом. Но я все же начну его с тех старых записей, сделанных в шиндандском медсанбате.

— Как я оказалась здесь? Случайно, в общем. Пришла в военкомат, да сказала, что хотела бы поработать в армии. Там спросили: в Афганистан поедете? Поеду. Мама не удивилась даже, они у меня с папой тоже непоседы. Только вздохнула: значит, передалось по наследству, теперь вот твой черед уезжать.

А я в жизни не пожалею, что приехала. Здесь все по-другому: любая фальшь видна. Уж если любят, то любят. А если ненавидят — наотмашь!

Я вообще-то человек совершенно не медицинский. Даже в школе еще думала: куда угодно пойду, только не в медицину. Только не медсестрой мыкаться всю жизнь, как мама. А документы все равно отнесла в медицинский институт. Теперь думаю: даже хорошо, что я тогда первый же экзамен завалила и попала в училище. Если бы в институт поступила, не попала бы сюда. Хотя, когда приехала, думала сначала: ни за что не выдержу. А потом поняла: человек очень многое может, если будет все беды свои воспринимать в мировом масштабе. Надо спросить себя: что изменится в мире, оттого что тебе плохо и тяжело? Ничего, мир не станет от этого лучше. Значит, нечего и вешать нос. Правда, это у меня не всегда получается.

— Вы сказали: поначалу было трудно. Что именно?

— Да разве расскажешь? Трудно, когда летишь в вертолете по ущелью в горах, раненый теряет сознание у тебя на руках, а ты не можешь найти вену иглой, не можешь его удержать. Хотя это даже не трудно — страшно.

Трудно, когда БТР несется, не разбирая дороги, тебя по стенам размазывает, а тебе ничего, тебе надо все сделать так, чтобы мальчику, который на мине подорвался, не было так больно, как сейчас.

Трудно, когда ты сегодня с человеком говоришь, а завтра — все, его завтра в «Черном тюльпане» домой увезли.

+1  
2 Vedenin   (07.03.2018 08:57)
Война переворачивает тебя. На все другими глазами смотришь, все отступает: романтика, беды твои личные, деньги, что там еще? Вы скажете: конечно, это и неженское дело. Может быть. Но когда, знаете, тебе солдаты после рейда говорят: «Ольга Васильевна, а мы вас на боевых в бинокль видели!» — уважать себя начинаешь.

…Это правда, что все мы, писавшие об Афганистане, чувствуем себя виноватыми перед ними, медсестрами военных госпиталей. Писали о них мало, да и не так. А как надо? Не знаю этого и сейчас.

Никогда не забуду, как впервые переступил порог военного госпиталя в Кандагаре. Как отворачивался ненароком, чтобы не смотреть в глаза искалеченным нашим мальчишкам. Как думал о том, что война страшна не грохотом снарядов, не посвистом трассеров. Она страшна этими глазами раненых, кровавыми бинтами, носилками, обернутыми фольгой, на которой картонная бирка с именем, фамилией, номером полевой почты. Это все, что остается от человека на войне.

Ну а если видишь это изо дня в день? И тяжелые операции, которые длятся часами. И бессонные ночи на дежурствах с тревожными стонами раненых. И тесные комнатушки в фанерных модулях с общим умывальником в конце коридора. И чье-то обещанное письмо, которое никогда не придет. И обидное, но неслучайное ведь, не из ничего взявшееся, — «походно-полевая жена», «ппж». Как, какими словами написать об этом, чтобы честно и без сентиментальных «ахов», чтобы только правду?

Не думаю, что на долю Оли Щербининой выпало больше, чем на долю других, или что работала она намного честнее и лучше сотен таких же девчонок. Но именно в ней поразило невероятное несоответствие между всей ее внешностью, ее отношением к миру — очень бережным, добрым, детским. И всем тем, что ее окружало в медсанбате. Я слушал ее рассказ и, пусть простит меня Оля, думал тогда: здесь какая-то ошибка, ее место — дома, в библиотеке, в театральном партере, где угодно, но только не здесь, не в крови и в бинтах, не среди солдат, которые умирают в афганских горах. Только не на войне.
А она рассказывала мне, как училась стрелять из пулемета, бросать гранату, водить БТР, подложив под сиденье подушку. Как приносила книги в палаты, как ставила пластинки раненым, приучала их к классической музыке. Мы говорили с ней в модуле, где Оля жила вместе с подругами — Тоней Кочеваткиной, Клавой Курбатовой, двумя Иринами — Федоровых и Асауляк. Оля переживала, что в комнате беспорядок, сегодня утром поступили раненые, девчонки убежали в операционную, даже не успев толком прибраться. И добавила к этому тут же:

— Плохо, когда во взрослом умирает ребенок. Но если его чересчур много, тоже плохо. Мне вот командир говорит: «Старайтесь хотя бы соответствовать, Ольга Васильевна!» Но я разве не стараюсь? Просто надо уметь смотреть вокруг себя и видеть хорошее. Вот вы видели, как цветет верблюжья колючка? Дома рассказать — ни за что не поверят!

Я не видел, как цветет колючка. Мне даже, честно говоря, на эту колючку совершенно наплевать. И я не был в Шинданде в тот день, когда операционной сестре медицинского батальона вручали медаль «За боевые заслуги» — за мужество и героизм, проявленные в шести тяжелых боевых рейдах. Знаю по ее словам, что Оля совсем растерялась тогда перед строем.

— Я вас поздравляю с правительственной наградой, — сказал ей генерал, вручая медаль. А она вместо тех слов, которые должна была произнести, тихо сказала:

— Спасибо.

И только увидев удивленные глаза комдива, опомнилась, выпалила:

— Служу Советскому Союзу!

Все долго хлопали, пока пунцовая от счастья Ольга Васильевна добиралась до своего места в строю.

+1  
3 Vedenin   (07.03.2018 08:59)
Отработав отмерянные ей два афганских года, Оля Щербинина простилась с медсанбатом. Собирая сумку, она положила поверх всех вещей красную коробочку с боевой наградой. И уехала домой.

Встреча с Родиной произошла у нее в военном аэропорту под Ташкентом. Встреча была такой.

— За красивые глазки? — хмыкнул таможенник, повертев в руках коробочку с медалью. И небрежно бросил на стойку пачку фотографий из Олиной сумки. Часть фотографий упала на пол. Олины боевые подруги, дорогие ее раненые мальчишки улыбались ей с грязного пола.

— Соберите, — дрогнули губы.

Увидев заминку у стойки, к таможеннику подошел его товарищ.

— В чем дело?

— Да тут красотка недовольна.

И пошло, и поехало. До вокзала добиралась ночью с тремя попутчицами на «левом» автобусе, рейсовые уже не ходили. Водитель, отъехав несколько километров, свернул к обочине: пока не заплатите, не поеду. Медицинские сестры, «афганские мадонны», как называли их тогда в газетах, вытряхивали сумочки и карманы.

В райвоенкомате Свердловска, где Оля прежде состояла на учете, ей отказались дать справку о том, что она два года работала в Афганистане. Сказали: не положено. Есть приказ справок таких не давать.

Ее прописали в общежитии, где она раньше жила вместе с младшей сестрой. Но сестра к тому времени вышла замуж, у нее родился ребенок, не вчетвером же в комнатушке жить. Оля подхватила чемодан и пошла стучаться к подругам: кто приютит?

Тут непосвященным надо пояснить: Оля Щербинина была в Афганистане служащей Советской Армии. Это гордое словосочетание означает, что ей не положены льготы, предусмотренные для участников войны. Оперировать ночи напролет, ходить в рейды, сопровождать раненых под огнем — это положено. А хотя бы льготная очередь на жилье по возвращении домой — нет. Ни ей, ни всем таким же, как и она, девчонкам, попавшим в афганские жернова.

На старой работе ее встретили, в общем, хорошо. На пятиминутке начальство объявило:

— У нас Оля приехала из Афганистана, мы ее как-нибудь попросим рассказать. Вот Галина Петровна ездила по турпутевке в Индию, она потом очень интересно рассказывала.

Оля делиться впечатлениями не стала: никому это не было нужно. Кроме ее самой. Каждую ночь первые полгода ей все снился и снился медсанбат, снился госпиталь в Баграме, куда она однажды была отправлена на усиление в составе бригады врачей и где они работали на пяти столах одновременно: армия несла тяжелые потери в Панджшерском ущелье. Это был 1985 год, пик наших потерь в Афганистане. Снова и снова в этих Олиных снах горели лампы над операционными столами, снова несли и несли раненых, снова отдавали им свою кровь медицинские сестры, снова и снова шмякались в эмалированные чаши окровавленные осколки, осколки, осколки.

— Говорят: «Приезжаете из Афганистана, начинаете права качать!» Да какие права? Тут если ты молодец, то молодец, а если подонок — подонок. А там, дома, не разберешь.

+1  
4 Vedenin   (07.03.2018 09:01)
Очень не устроено все у многих. Солдаты, которые вернулись еще в начале восьмидесятых, до сих пор стоят в очереди на жилье. А Томка Борисова? Встретились с ней дома, кинулись друг к дружке, наревелись. Когда она уезжала в Афганистан, ее мать должна была получить квартиру. Но, после того как Тома выписалась (такой порядок: едешь служащим — выписывайся), матери дали только комнатушку. А тут ребенок у Томки родился, ютятся теперь втроем. Вот вы пишете: ждут нас дома с цветами-подарками. «Родина гордится, Родина благодарит». Зачем это? Кого не коснулось, тот живет своей жизнью, как жил. Никому этот «Афган» не нужен.

Мало-помалу устраивался Олин быт, острота первых дней возвращения растворялась в буднях, в работе, в житейских делах. Ей, можно сказать, повезло: уехали в долгую командировку друзья, оставили комнату. Денег, которые Оля подкопила в Афганистане, хватило на цветной телевизор и софу, — получился дом.

А жизнь не получалась. Место свое Оля среди людей не нашла. Была ли тому причиной неустроенность? Равнодушие, с которым столкнулась в первые же дни? Или что-то еще, для нее более важное? Скорее всего, все это вместе взятое. Так или иначе, но, приехав с войны, она с нее не вернулась.

— Пришла я однажды с работы, включила свой прекрасный телевизор, села на свою прекрасную софу. И говорю себе: «Ах, батюшки, мне скоро уже тридцать! Ах, батюшки, у меня ничего нет! А что за плечами? Два года „Афгана“».

А потому думаю: нет. Если и было в моей жизни что-то стоящее, то это они — два года Афганистана. И не хватает мне как раз всего того, что было там. Там настоящие люди и настоящая жизнь. И я там, кажется, нужнее. Да лети все к черту!

Оля Щербинина вернулась на войну. Приехала в феврале 1988-го, когда первая колонна советских войск уже уходила на север к границе. А она тем временем улетала из Кабула за назначением в штаб дивизии. При этом вышла заминка: летчики убавляли-убавляли для нее ремни парашюта, а потом, поняв, что это дело безнадежное, что до парашюта Оле еще расти и расти, сунули ей в руки ранец, пошутили: ты, подружка, когда прыгать будешь, то одной рукой парашют держи, а другой вот это кольцо дергай!

Получив назначение в полк под Кабулом, Оля терпеливо выслушала инструкции и только в самом конце разговора призналась: я ведь здесь уже второй раз.

«Зачем ты приехала, мы же скоро уходим?!» — опешил ее собеседник. Оля грустно улыбнулась в ответ: объяснять было слишком долго.

+1  
5 baktria   (09.03.2018 07:59)
Ольга Щербинина, служащая СА, операционная сестра медсанбата в/ч пп 93977 (Шиндандт), 1986-1987 и с февр. 1988 - прапорщик-фельдшер при "пункте управления начальника разведки 40-й армии, в/ч пп 44556 и 180 мсп в/ч пп 51884 в Кабуле; Так же Джабаль-Уссарадж, 177 мсп.", упоминута (+ фото заставки, под " 12) в: Алла Смолина, Гимн советским афганушкам, artofwar.ru, фев.2008-фев.2018



Ещё несколько фото О.Щ. из её личного архива см. в альбоме А.Н.Смолиной Шиндандт, фотоальбом N 1 (№№ 2-11) на samlib.ru, окт. 2010-фев.2018.

© фото: М. Кожухов, 1988
© litresp.ru
© А. Смолина, 2010-18
© samlib.ru
© artofwar.ru
© Страницы истории Афганистана, 2018

+1  
6 Vedenin   (09.03.2018 12:11)
Александр НУРЕЕВ. «АФГАНСКИЕ» МАДОННЫ – ШУРАВИ-ХАНУМ

Года три-четыре назад, точно не помню, в КЦКД «Сероглазка» проводился вечер в честь очередной годовщины вывода советских войск из Афганистана. Президиум Законодательного Собрания Камчатского края поручил мне, как депутату, вручить ценные подарки «афганцам» за активное участие в военно-патриотическом воспитании молодежи.

– Дорогие друзья! – обратился я к собравшимся после выполнения ответственного поручения. – Много теплых слов сегодня сказано в адрес тех, кто прошел трудными дорогами Афганистана и других горячих точек. Да и по праву. Память в отставку не уходит. Поэтому мы вспомнили тех, кто погиб, выполняя воинский долг. Но ведь есть еще одна категория ветеранов боевых действий, о которой почему-то предпочтительно умалчивается. Это многотысячный отряд женщин, которые наравне с мужчинами переносили все тяготы и лишения афганской и других войн. Сегодня я низко кланяюсь им, «афганским» мадоннам, шурави-ханум, как с уважением называли их сами афганцы.

В заключении им, советским «афганским» мадоннам, я посвятил замечательную, нестареющую песню Н. Богословского «Три года ты мне снилась». А после торжественной части ко мне подошла секретарь совета ветеранов Елена Луценко. Два года она работала в одной из советских воинских частей в Афганистане служащей Советской Армии.

– Прошло более 20 лет, как наши войска были выведены из Афганистана, – не скрывая волнения, сказала Елена Ивановна. – Сколько проведено мероприятий по этому поводу! Но как редко можно услышать теплые слова в адрес моих подруг…

Я же, слушая секретаря совета ветеранов, хотел закричать на всю страну: «Люди! Не верьте ни одному слову ни одного российского «государственного» демагога, провозглашающего с высоких трибун почет и уважение ветеранам, особенно женщинам!» Как пример возьмите советских девчонок, возвратившихся с фронтов Великой Отечественной и старающихся забыть военные годы. Они прятали военные билеты, сжигали обмундирование и о своем участии в боевых действиях многие годы предпочитали не говорить.

А почему? Да потому, что их, героинь, поначалу встретили музыкой, хлебом-солью, а затем обильно полили помоями, сделав из девчонок проституток. Не пощадили даже «ночных ведьм». Апогея эта кампания достигла во времена хрущевской оттепели. Тринадцатилетним мальчишкой я стал свидетелем эпизода, который запомнил на всю жизнь. 23 февраля, в День Вооруженных Сил СССР, в нашем сельском клубе изрядно подпитый мужик по фамилии Ганич, переселенец с Западной Украины, подошел к женщине (к сожалению, не помню ее фамилии) с медалями и орденом на груди и, обдав ее перегаром самогона, сказал: «Знаем, чем вы, походно-полевые жены, занимались на войне, за что получали награды!» – и ехидно захохотал. А за фронтовичку никто не вступился! Никто!

Женщин, прошедших поля сражений Великой Отечественной, травили отцы и деды тех, кто сегодня травит шурави-ханум и других женщин, прошедших Афганистан и другие горячие точки, стараясь не замечать живых и погибших. На них, прошедших Афганистан, в богатейшей по природным ископаемым стране не нашлось денег. О родителях и детях-сиротах погибших и умерших шурави-ханум речи никогда не было. По крайней мере, я не помню…

+1  
7 Vedenin   (09.03.2018 12:11)
Память о прошедших горнило Афганской войны, живых и погибших, воплощена в прекрасных архитектурно-скульптурных формах. Но эта память о тех, кого называют «афганцами», предполагая в этом смысле исключительно тех, чья профессия – Родину защищать. Известно, что у войны не женское лицо. А что знают наши соотечественники об участии наших дорогих и любимых женщин в событиях «за речкой»? Практически ничего! На многочисленных памятниках «воинам-афганцам» выбиты сотни мужских имен и фотографий, навечно оставшимся молодыми. Лишь крайне редко можно увидеть девичье лицо и прочитать имя погибшей. Несколько лет ищу я в интернете памятники «афганцам», где бы была фигура женщины. Может быть, где-то и есть? Подскажите! Я не нашел…

Тема войны вообще и женщины в ней в частности в начальный период афганских событий практически не поднималась ни в СМИ, ни в кино. Но вот грянула перестройка, запрет с афганской темы был снят. И тут кинорежиссеры как с цепи сорвались. Одним из первых «отличился» режиссер Владимир Бортко, сняв кинобоевик «Афганский излом».

По сюжету в фильме среди главных действующих лиц – две женщины. Чем они занимаются? А вот чем! Медсестра Катя (актриса Татьяна Догилева) сожительствует то с командиром полка (актер Михаил Жигалов), то с его заместителем по политчасти (звезда мирового кино Микеле Плачидо). Делопроизводитель штаба Татьяна (актриса Нина Русланова) «занимается любовью» с молодым лейтенантом (актер Филипп Янковский) чуть ли не под забором. Более важного Владимир Бортко, несомненно талантливый режиссер (фильмы «Собачье сердце» и «Тарас Бульба»), в Афганистане не увидел. Не случайно кинокритики считают: каждый фильм отражает морально-этический уровень своего режиссера.

На войне как на войне, говорили французы свое известное «А la guerre comme à la guerre». Принято считать, что на войне нет места женщинам. Увы! Как ни прискорбно, но той, кто дарит жизнь и создает семейный уют, также находится место среди воюющих мужчин. Так было и в Афганистане, о чем мы до сих пор знаем чрезвычайно мало, потому что и сегодня многое скрывается от широкой общественности. Так кто же они, «афганские мадонны»? Что заставило их поехать на войну? Каковы их роль и место в Афганистане? Роль и место, которые они по праву заслужили.

Говорят, что почти 90 процентов всего женского персонала в Афганистане составляли незамужние девчата или разведенные женщины. Это та правда, которую честные люди не будут «мусолить и обсасывать». Это та правда, которая привела девчат на войну. Не буду говорить о т. н. «льготах» в виде «чеков ВПТ» и других поблажек, львиная доля которых там же, в Афганистане, и оставалась. Скажу лишь одно: женщинам, прошедшим Афганистан, надо в ноги поклониться.

Девчонки шли на ту войну добровольно, через военкоматы: одни – только вступившие в жизнь, другие – пройдя через горнило житейской трепки, оставляя детей своим родителям. Не считая огромной армии врачей и медсестер, они работали поварами, официантками, горничными, прачками, продавцами, товароведами, кладовщицами и делопроизводителями.

Они не ходили на плановые боевые операции, но и они вступали в бой, спасая раненых мужчин. Да, были дни, когда можно и с молодыми ребятами пообщаться, а экзотика афганских гор давала возможность подумать о будущем. Но были дни, когда девичьи наивность и мечта перечеркивались страшной правдой войны, когда девчонки за один день видели столько смертей, сколько не увидишь за всю жизнь. А сколько пережили эти девчата, держа руку умирающего бойца, звавшего на помощь маму-мамочку! И они, нередко сверстницы умирающего парня, тихо, без надрыва, заливаясь слезами, чтобы не видели другие, закрывали навсегда застывшие глаза солдата или офицера…

На любой войне, как известно, есть место и подвигу, и славе, и трагедии. Но есть на войне место и жизни. Сам воинский контингент, в своей основе, состоял из молодых людей. И нет ничего удивительного в том, что они, как правило, после боя и влюблялись, и, конечно же, женились. За два года службы в гарнизоне Пули-Хумри я стал свидетелем четырех свадеб. Одна из их – свадьба моих подчиненных – сержанта Томаса Варейки и несекретного делопроизводителя штаба Татьяны Смолиной. Рискуя жизнью, молодые люди добирались в Посольство СССР автоколоннами и «вертушками», чтобы узаконить свой брак. А через полтора года в Риге у них родились близнецы – два мальчика.

В целом же, наши девчата столько повидали «за речкой», что хватило бы не на один телесериал, посвященный шурави-ханум. Отмечая 38-ю годовщину начала ввода советских войск в Афганистан, я искренне говорю: низкий поклон женщинам, которые прошли огненными дорогами той войны; низкий поклон от тех, кто был там; низкий поклон от матерей и отцов, чьих сыновей они спасли от верной смерти. Но… Мы просто обязаны в этот день (и не только в этот, а всегда) помнить тех девчат, которые так и не вернулись к нам.

+1  
8 Vedenin   (09.03.2018 12:12)
По официальным данным, через Афганистан прошло свыше 20 тысяч советских женщин. Почти шестьдесят из них погибли от пуль, осколков, в результате несчастных случаев и умерли от тяжелых болезней непосредственно в период боевых действий «за речкой». Запомните эти имена и фамилии и обратите внимание – многие из них только вступили в самостоятельную жизнь:

1. БАБИЧ Наталья, 1955 г. р., погибла в результате несчастного случая.

2. БАБУК Светлана, 1959 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

3. БЕССОНОВА Людмила, 1951 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

4. БОТОЛИНА Любовь, 1950 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

5. БОЛЬШАКОВА Нина, 1956 г. р., умерла от полученных тяжелых ран.

6. ВАСИЛЬЕВА Нина, 1949 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

7. ВЕЛИКАНОВА Тамара, 1955 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

8. ВИНОГРАДОВА Ирина, 1961 г. р., погибла, следуя в отпуск.

9. ВРУБЛЕВСКАЯ Татьяна, 1950 г. р., погибла в авиакатастрофе.

10. ГВАЙ Нина, 1946 г. р., погибла при обстреле автоколонны.

11. ГЛУШАК Наталья, 1960 г. р., погибла при подрыве БТР на фугасе.

12. ДОБРОФИЛЯ Лариса, 1961 г. р., трагически погибла в Кабуле.

13. ДОРОШ Светлана, 1963 г. р., погибла при обстреле автоколонны.

14. ЕВСИНА Нина, 1959 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.



ЕВСИНА НИНА ИВАНОВНА [23.1. 1959, г. Губачево Весьегонского райна Калининской области — 5. Х. 1980, Ташкент], служащая СА. русская. Образование среднее медицинское, медсестра инфекционного госпиталя. Член ВЛКСМ. Не замужем.

Отец: Иван Григорьевич. Мать: Валентина Степановна. Сестра: Ольга, в замужестве Антошина.

Обучалась в железнодорожной школе № 27 г. Тосно —1966-1974. Учащаяся 6-го Ленинградского медицинского училища — 1974-77. Медицинская сестра в больнице № 30 им. С. П. Боткина г. Ленинграда — июль 1977-22. 01. 1980. Направлена для работы по найму в советские войска, находящиеся в Афганистане — 25.01.1980. Работала медсестрой инфекционного отделения при в/ч 94777. Во время выполнения служебных обязанностей в военном госпитале тяжело заболела, заразившись на рабочем месте (гепатит) и 25 августа была отправлена в Ташкентский госпиталь — 25.08.1980. Умерла — 5.10.1980. Первая вольнонаёмная "афганка", погибшая на войне. Наград не имеет. Тело погребено на гражданском кладбище г. Тосно. Дома хранятся личные вещи, диплом, трудовая книжка, фотографии, 15 писем с войны, школьные сочинения, дневник афганского периода (10 февраля - 15 августа (?) 1980).

О ней: ВКП ГШ МО СССР, т. I стр. , фотоскан: «Не дай, Отчизна, умолчать...» 1979—1989. Автор-составитель Калашникова. С-Пб., ИПК «Вести», 1997,стр. 67-70: воспоминание сестры Ольги, выдержки из писем и дневника, фото.
Смолина: СПИСОК ПОГИБШИХ АФГАНОК

15. ЕРМАКОВА Наталья, 1953 г. р., погибла в авиакатастрофе.

16. ЖИТКОВА Алла, 1963 г. р., погибла от шальной пули.

17. ИВАНОВА Нина, 1955 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

18. КАЛИНИНА Маргарита, 1955 г. р., погибла в сбитом вертолете.

19. КАЛГАНОВА Галина, 1943 г. р., погибла в самолете, сбитом «Стингером».

20. КАПУСТИНА Нина, 1955 г. р., погибла в результате несчастного случая.

21. КАРМАНОВА Ольга, 1961 г.р., убита душманским снайпером.

22. КОМИССАРОВА Татьяна, 1964 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

23. КОРНИЛЕНКО Вера, 1959 г.р., погибла при обстреле автоколонны.

24. КОРОТАЕВА Алевтина, 1941 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

25. КОСТЕНКО Наталья, 1961 г. р., погибла от пули душманского снайпера.

26. КРОТОВА Нина, 1939 г. р., погибла при обстреле автоколонны.

27. КУЗЬМИНА Татьяна, 1963 г. р., утонула, спасая афганского мальчика.

28. КУЛИК Алла, 1964 г. р., умерла в результате сердечного приступа.

29. ЛАХТЕЕВА Валентина, 1956 г. р., погибла при обстреле гарнизона.

30. ЛЕМЕШЕВА Вера, 1963 г. р., погибла при обстреле автоколонны.

31. ЛЫКОВА Татьяна, 1963 г. р., погибла в авиакатастрофе.

32. МАСЛОВА Наталья, 1963 г. р., убита душманами в Кундузе.

33. МЕЛЬНИКОВА Валентина, 1941 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

+1  
9 Vedenin   (09.03.2018 12:13)
34. МЕЛЬНИКОВА Виктория, 1961 г. р., погибла при обстреле автоколонны.

35. МИНИАХМЕТОВА Алевтина, 1961 г. р., погибла, следуя в отпуск.

36. МИРОШНИЧЕНКО Ольга, 1962 г. р., погибла в авиационной катастрофе.

37. МОТОРИНА Татьяна, 1961 г. р., погибла в авиационной катастрофе.

38. МОШЕНСКАЯ Людмила, 1956 г. р., умерла в результате заболевания тифом.

39. ПОЛИКАРПОВА Ольга, 1955 г. р., погибла в результате несчастного случая.

40. ПРИСКАРЬ Людмила, 1961 г. р., погибла при обстреле автоколонны.

41. РЕМИЗОВА Раиса, 1950 г. р., погибла при обстреле автоколонны.

42. РОЖНЕВА Надежда, 1950 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

43. РЯЗАНЦЕВА Тамара, 1963 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

44. СИНИЦЫНА Тамара, 1946 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

45. СМИРНОВА Галина, 1950 г. р., погибла в результате несчастного случая.

46. СТЕПАНОВА Лидия, 1956 г. р., умерла от полученных тяжелых ран.

47. СТРЕЛЬЧЕНОК Галина, 1962 г. р., погибла в бою.

48. ФИНОГЕЕВА Надежда, 1940 г. р., трагически погибла в Джелалабаде.

49. ХАРЧЕНКО Любовь, 1946 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

50. ХУРАМШИНА Зульфира, 1953 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

51. ЧЕЧЕТОВА Вера, 1959 г. р., погибла в авиакатастрофе.

52. ШАКЛЕИНА Галина, 1956 г. р., умерла от заражения крови.

53. ШЕВЧЕНКО Миранда, 1951 г. р., погибла в авиакатастрофе.

54. ШЕВЧУК Любовь, 1964 г. р., погибла при обстреле автоколонны.

55. ШЕНАЕВА Ольга, 1962 г. р., погибла в авиакатастрофе.

56. ШАКИРОВА Савия, 1958 г. р., умерла в результате тяжелого заболевания.

Все они – представительницы России, Украины и Белоруссии. Из других бывших союзных республик погибших женщин нет. По неофициальным данным, 13 сентября 1987 года в авиакатастрофе погибла жена подполковника А.Н. Артемова, которая следовала к месту спецкомандировки мужа в Афганистан.

Вечная слава вам, «афганские» мадонны, прошедшие дорогами войны! Вечная память вам, шурави-ханум, погибшие и умершие на древней земле Афганистана!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]